Поучительные истории о том, как поступать не надо - 26 Сентября 2013 - МАНИРУБ - деньги и удача в делах.
МАНИРУБ - денег и удачи в делах
Меню сайта








Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа


Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz

  • Рейтинг@Mail.ru

    Яндекс.Метрика Рассылка 'Манируб - денег и удачи в делах'


    Подписка на SUSCRIBE.RU
    Рассылки Subscribe.Ru
    МАНИРУБ - денег и удачи в делах
    Подписаться письмом

    Приветствую Вас, Гость · RSS 14.05.2021, 01:20

    Главная » 2013 » Сентябрь » 26 » Поучительные истории о том, как поступать не надо
    18:34
    Поучительные истории о том, как поступать не надо

    Горе от глупости.

        А от чего еще бывает горе? Как известно, глупость – не простуда, лекарствами не лечится. "Глупому что ни давай, ничего взять не сможет", – говорят испанцы. Впрочем, частенько глупость – понятие специфическое. Это в книжках – глупость, она и есть глупость. А в жизни – все, что угодно. И хитрость может обернуться глупостью, и расчетливость, и даже слепая вера своему собеседнику. Недаром же англичане говорят: "Глупыми бывают все: и дураки, и умные". Впрочем, у умных великое преимущество. Они, как известно, учатся на чужих ошибках, а не на своих. Так что читайте про чужие глупости, учитесь и не повторяйте.

    История первая
    Ручки загребущие.

        Отец и сын лаялись не хуже собак прямо в комнате полицейского пристава.

        – Я тебя кормил-поил! – кричал отец. – А ты уйти задумал! Наш Осташков – городишко крохотный. А ты на столичный Питербурх замахнулся!

        Сын вопил, не сдаваясь:

        – Я уж три года на твоем кормлении не состою! Сам кормлюся – мясо с лотка продаю вразнос. Отпусти похорошему! Аль забыл, что мне цыганка нагадала: я аж двух императриц увижу! Отец воззвал к приставу:

        – Видите, ваше благородие, что за дурья башка! Не может быть двух императриц зараз. Не давайте ему прогонной бумаги! Пропадет в Питербурхе мой Савка, собачий сын!

        Пристав обмакнул перо и вывел:

      – Выдана Савве… – Подумал и дописал: – Собакину.

        Отец всплеснул руками:

        – Какой он Собакин?! Я крещен Яковом, значит, сын мой – Яковлев!

        Пристав оторвался от бумаги и вперил в старика тяжелый взгляд:

        – Сам сказал – Собачий сын. Я только покрасивше записал, переписывать не стану. А в столицу ехать он волен. По новому указу императрицы Елизаветы Петровны нельзя чинить запретов торговым людям. А ты, Яков, лучше дай сыну родительское благословение. Вон образок со стены возьми.

        Отец заохал:

        – Как же так сразу?

        – А чего тянуть! – рявкнул пристав. – Возок дорожный с утра стоит. Пускай едет!

        Яков неуклюже перекрестил сына образком:

        – Бог с тобой, Савка! Не пропади только в столице…

        Савка облобызал родителя и, схватив бумагу, выбежал во двор.

        Пристав поднялся:

        – И ты иди домой, Яков! Чего на меня уставился?

        Но Яков вдруг беспомощно всхлипнул, ощупывая пояс:

        – Савка, собачий сын! Полтину у меня стянул!.. И тут пристав расхохотался:

        – Ну точно не пропадет твой Собакин!

    Юный певун.

        Императрица Елизавета Петровна пребывала не в духе. Выкушала всего пару чашек чаю на балконе, завешанном расшитым тюлем – и от солнышка, и от чужого глаза. Третью чашку расплескала, хотела было прислужницу по щекам отхлестать, да руки сами опустились. А все оттого, что вечор слушала новых певчих, привезенных с Малороссии, да всех забраковала. А уж так хотелось новый голос услышать – любит государыня певческое искусство…

        – Све-жа-я те-ля-тин-ка-а-а! – донеслось вдруг с улицы. И напев-то какой – свежий, сладенький…

        Елизавета вскочила, опрокинув стол. Чашки покатились по полу. Но она даже не заметила – вся обратилась в слух. А на улице опять:

        – Све-жа-я те-ля-тин-ка-а-а! Государыня повернулась к придворным:

        – Привезти певуна немедленно!

        И вот он стоит пред очами императорскими – высок, строен, молод. В сильных руках – лоток, полный свежего парного мяса.

        – А ну пой еще!

        От приказа императрицы Савка соловьем залился, все песни вспомнил, кои знал. Елизавета сама ему и подпела.

        – Сколь хорош голос! – молвила. – Пусть гофмаршал возьмет певуна в поставщики припасов для моей кухни. А ты, певун, станешь каждое утро у меня под балконом свою телятинку расхваливать!

        В свою каморку Савка вернулся ни жив ни мертв. Конечно, цыганка обещала, что суждено ему узреть императрицу, но действительность превзошла все ожидания. Уж через месяц он стал не просто Савка, а Савва Яковлевич. Телятинку свою он теперь не на лотке приносил – возом возил на царскую кухню. Важные вельможи, желая угодить государыне, ему заказы делали.

        По самым богатым дворцам Петербурга "телятинка от певуна" расходилась. Денежки в карман рекой потекли. К 1760 году записался Савва Собакин в почетное купечество, а потом заплатил "комиссию в казну" да и взял на откуп таможню в Риге. На том и свой первый миллион сколотил.

    Брошка с коровой.

        Савва Яковлевич собственноручно протер особой тряпочкой заветный футляр. Мечта всей жизни – грамота на потомственное дворянство. Правда, жалована она императором Петром III, а тот неожиданно отдал Богу душу. Теперь на троне его супруга – всемилостивейшая Екатерина II. Надо срочно к ней подход искать. Говорила же цыганка: суждено ему узреть двух императриц. И вот случай – маскарад во дворце. Надел Савка шелковую рубаху, взял свой старый лоток (без мяса, понятно), подошел к Екатерине, разодетой в костюм богини справедливости, да и затянул свою песню:

        – Свежая телятинка!

        А сам императрице золотую брошь с выгравированной коровой протягивает. Екатерина взглянула – красавец статный, очи блещут – да и прошептала:

        – Охоч до свеженького?

        – С превеликим нетерпением! – ответствует Савка.

        – Вот и яви оное! – разрешила императрица и потянула красавца в боковой будуар.

        А через час, оправив юбки, богиня справедливости кликнула обер-секретаря:

        – Отблагодари моего вернейшего подданного за особые заслуги!

        Так Савва Собакин получил бумаги на петербургский питейный откуп.

    Конфузия с бочками.

        В 1774 году в честь Кючук-Кайнарджийского мира с Турцией повелела государыня во всех петербургских кабаках три дня водку раздавать бесплатно.

        – А ты, Собакин, мне потом счет представь! – сказала. – Казна выплатит!

        Савва и представил, даже количество бочек выпитых указал. Да, как на грех, счет ко всесильному Бецкому попал, а тот – старик ученый да въедливый. Снарядил следственную комиссию. Та в тупик встала – на всех столичных складах хранилось вдесятеро меньше бочек водки, чем написал Савва.

        Притащили горе-откупщика к Екатерине. Та руками всплеснула:

        – Конечно, я знаю: в этой дикой стране все воруют! Но чтоб попасться так глупо?! Неужто нельзя было счесть бочки заранее?

        Савка в ноги:

        – Прости, матушка! Приказчик мой счета пишет, небось напутал… А я неграмотный, цифири не понимаю. Я только по свежей телятинке спец! – да как ткнется Екатерине в необъятные юбки. Ну та и сомлела.

        – Отправляйся на полгодика от греха подальше в Москву! – говорит. – Там отсидишься. А чтоб позору не было, именуйся отныне по отечеству – Яковлевым. А про беднягу Собакина считай, что помер…

    Украденные часы.

        Едва Савва прибыл в Москву, зачастил по церквям. В Первопрестольной-то он большим благодетелем значился – огромные вклады на церковные нужды вносил. Да все, куда ни придет, за собой шепоток слышит:

        – То мясом тухлым с лотка торговал, а теперь такие капиталы нажил, что даже у самого миллионщика Демидова заводы на Урале выкупил. Да сколь не богатей, все равно Собакин – Собакиным и останется!

        Обидно Савве. А тут как раз у него какой-то дальний родственник помер. Ну он и объявил, что, мол, помер купец Савва Собакин, а все его наследство теперь переписано на потомственного дворянина Савву Яковлева. Покойника, как положено, нарядили в лучшие одежды, "наследник" даже положил ему в карман часы дорогущие – золотой заморский брегет. Пускай все видят щедроты наследнические. В церкви на отпевании потомственный дворянин последним от гроба отошел. Покойника уж на кладбище понесли, а Яковлев замешкался. Церковный староста подбежал – может, чем помочь, да и ахнул: потомственный дворянин в карман золотой брегет засовывает. Не стерпело, видать, сердце, да и руки не устояли – украл Савва сам у "себя" часики. Да и то – не пропадать добру в могиле. Одно плохо – перестали часы ходить. Уж каким только часовщикам их не показывали – уперлись стрелки, не желали больше служить.

    Золотая монета.

        Светлейший князь Потемкин вертел в руке счет на оплату поставок мясной провизии для армии, представленный "почетным поставщиком Ея Императорского Двора Саввой Яковлевичем Яковлевым". Счет был на громаднейшую сумму – 500 тысяч рублей. Сам Яковлев переминался с ноги на ногу перед столом светлейшего, опасаясь, подпишет тот или нет. Светлейший не спешил, видно, прикидывал что-то. Савве знак рукой подал – мол, сядь, дело не быстрое. Тот сел, да все крутился на стуле. Наконец Потемкин удовлетворенно причмокнул – видно, решил дело и поднял на подателя хитрые глаза:

        – А ведь у тебя тут приписочка тысяч на двести. Савва задрожал:

        – Всего на сто, благодетель… Не больно и много… А жить-то надо…

        Светлейший фыркнул:

        – Надо, конечно. Ладно уж, включу твои 500 тысяч в свою ведомость на оплату из казны.

        Податель вскочил, бухнулся в ноги светлейшего, да тут из рукава его на пол со звоном золотая монета в 10 рублей и вывалилась. Потемкин и сам вскочил:

        – Что же это?! Монета эта у меня на столе лежала! Как ты посмел взять?!

        Савва снова – бултых в ноги:

        – Прости, светлейший! Не удержался… А все глаза проклятые – завидущие, руки – загребущие! Да мне и матушка государыня не раз выговаривала – убери свои руки подальше!..

        У Потемкина кровь в голову ударила, лицо красными пятнами пошло. Но упоминание имени императрицы вмиг освежило. Он, Потемкин, сейчас хоть и всесильный фаворит, да ссориться с другими, что в фаворе, не стоит. Кто знает наперед, как дальше-то повернется?.. Только и крикнул:

        – Пошел вон!

        Савву из покоев как ветром сдуло. А светлейший за голову схватился. Как же это возможно?! Вроде все для этого "почетного поставщика" сделали – питейное дело, поставки для армии, дворянское звание. Фамилию даже поменяли на благородную. Миллионы нажил. Кажется, можно бы и для Отечества порадеть – ан нет! Словом, сколь ни возвышай прохвоста, он прежним Савкой и останется – мелким воришкой…

        Потемкин вздохнул, подписал счетец поставщика, потом крякнул и приписал к цифре 500 единичку в начале. Получилось полтора миллиона. В конце концов, надо же и светлейшему на что-то жить…

    Звон брегета.

        На Рождественской неделе 1784 года почетный дворянин Яковлев устроил грандиозный бал. Одежду из Парижа выписал, чтоб не ударить в грязь лицом. Вместо пуговиц да пряжек повелел пришить самолучшие самоцветы, найденные в его уральских владениях. На балу и сам блистал: вспоминая молодость, пел про телятинку, сыпал анекдотами. И не заметил, как из кармана его выпал давний золотой брегет.

        – Сколько времен вышло? – шутливо поинтересовался кто-то из гостей.

        Савва ухмыльнулся:

        – Не ходят они уж почитай годков десять!

        – Как это? – удивился гость. – Ровно полночь показывают!

        Савва воззрился на часы – те и вправду шли. "Кажись, они моему времени отсчет начали!" – пронеслось в голове у Саввы. И точно – через несколько месяцев разбил его апоплексический удар. Когда весть дошла до дворца, Екатерина послала к Яковлеву своих лучших докторов. Но и те не спасли больного. Узнав о том, императрица усмехнулась:

        – Видать, протухла телятинка! Опять Савка стал нищим – миллионы-то на тот свет не унесешь! Хоть и были ручки загребущие, а больше никуда не дотянутся…

    * * *

        Оно, конечно, так. Да только вместо одного миллионера Яковлева обнаружилось четверо – сыновья покойного. И все тоже понесли свои счета на оплату в казну. А потом и их дети обнаружились. А потом и внуки. Это даже не урок – это загадка российская: и как только казна все не закончится?..

        Конечно, миллионер Савва Яковлев и благотворительностью, и "добросердечными" делами занимался – на постройку церквей и школ, приютов и больниц деньги давал. Бедняков в бесплатных столовых кормил, в разные "общества призрения" на старых и малых денег не жалел. А вот запомнила его русская история всего лишь анекдотами. Потому что время все высвечивает. Да, кормил народ Савва и церкви с богадельнями строил, но особо запомнился тем, как лихо воровал. Неужто кто-то хочет такую память о себе оставить?

        Да и с наследниками Савве не больно-то и повезло. Расползлось дело яковлевское: сыновья делами не занимались, заводы уральские купцам Демидовым продали, так что династии яковлевской в истории не осталось.

     

    "Четыре шага к богатству ли храните деньги в мягких тапочках». Е.Коровина.

    Купить эту книгу на ОЗОНЕ:
    OZON.ru - Книги | 4 шага к богатству, или Храните деньги в мягких тапочках | Елена Коровина | | | Купить книги: интернет-магазин / ISBN 978-5-227-04193-7OZON.ru - Книги | 4 шага к богатству, или Храните деньги в мягких тапочках | Елена Коровина | | | Купить книги: интернет-магазин / ISBN 978-5-227-04193-7

    Если статья интересная - поделитесь ею с друзьями :

     

     

     

    Просмотров: 1204 | Добавил: youser942 | Рейтинг: 0.0/0


    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]
    Copyright МАНИРУБ © 2010-2020 год
    Бесплатный хостинг uCoz